В интернет-магазине даргез есть отличное верблюжье одеяло.

Байки от Байкеевой

Basic CMYKВ донской столице стартовал проект «19/20С», посвященный Ростову и ростовчанам, особенно тем, кто из города отправился покорять мир (и покорил!), но стремится возвратиться хоть на время в родные пенаты, так как их душа осталась здесь. Они и будут возвращаться и рассказывать нам о городе их юности, который мы постепенно теряем. Одним из инициаторов проекта и первой «возвращенкой» стала драматург и сценарист Валерия Байкеева. Встреча с ней прошла в один из вечеров «взрослых новогодних каникул» в Шолохов-центре.

Зачем он нужен, этот проект

Проект называется «19/20С». Речь идет о «Тихом Доне», поезде, маршрут которого носит номер 19 — если отправляется в Москву, 20 — если прибывает в донскую столицу. Валерия Байкеева призналась, что хочет привозить в Ростов не только ростовчан, но и тех вполне серьезных оптимистов, которые умеют радоваться каждому утру, иначе «жизнь становится сложной, замысловатой и очень быстро заканчивается». Потому встречи, скорее всего, будут интересны не только ростовчанам. Обещана, как минимум, пара встреч в месяц. Их анонсы стоит отслеживать в созданной группе в социальных сетях и в мессенжерах. А пока — ростовские байки от Ваплерии Байкеевой.

— В кого вы более верите — в Санта-Клауса или Деда Мороза?
— В себя. Очень рекомендую верить в себя, так как это единственная реальная опора в жизни. Эта вера помогает преодолевать такие повороты, от воспоминаний о которых заснуть не получается. А Дед Мороз и Санта-Клаус манят подарками, но никогда их не вручают.

Валерия Байкеева

Как ростовские художники город к Новому году украшали

Ростовские художники — тема особая. В годы моей юности, рассказывает Валерия, была несколько групп завидных женихов. Одна из них — футболисты. Второй группой являлись художники, так как они были все время веселые, у них (почти у всех) были мастерские, где девушки в качестве гостей принимались в радостью. Там же появлялись и портреты девушек (не всегда в обнаженном виде), что было очень круто.

А каждый Новый год магазины с большими витринами должны были представлять публике эти витрины расписанными в духе праздника. И была весьма заводная, пьющая и веселая компания художников, которая этим делом занималась и была на хорошем счету. В один из Новых годов они набрали заказов больше, чем была возможность их поместить в их головах. Наступало 29 декабря, а витрины магазина «Океан», который все по традиции называли «Рыбой», были пусты. 30 декабря художники толпой появились в «Рыбе», но идей как не было, так и нет, а портвейн уже закончился. Более того, все они были во вполне определенном виде, поскольку в каждом из магазинов не только платили за исполненный заказ, но и «накрывали поляну».

Один из творцов — Шурик — все-таки выдает идею про подводное царство (магазин-то все-таки «Океан»), потому Дед Мороз должен быть похож на Нептуна, Снегурочка станет русалкой и так далее. Словом, за работу, товарищи! Работа была сделана за ночь, и к утру художники разъехались по домам.

На утро 31 декабря «главный человек из дома напротив» (напомним, здание нынешней гордумы и администрации занимал обком КПСС), вышедший на работу, подошел к окну и увидел то, что потом в веселой компании художников превратилось в следующую присказку «Здравствуй, ж…- Новый год — да с тремя глазами!» Дело в том, что у Нептуна-Деда Мороза оказалось три глаза! Бюст Снегурочки пробил сеть и вываливался на зрителя (прототипом этого женского образа послужила вахтерша, завязавшая с алкоголизмом, выдающихся форм при этом не потеряв). Маленький Новый год подмигивал с витрины партийному лидеру весьма игриво и неприлично. При этом у витрины стояло огромное количество людей, которые наслаждались этой «живописью».
Как ни странно, после снятия этого новогоднего «произведения» с витрины парней не выгнали из Союза художников, но некоторое время они оставались без заказов.

— Ростов до сих пор воспринимается как «папа»?

— В мире всего два города так персонифицированы — Ростов-папа и Одесса-мама. Зачем же от этого отказываться? Нужно снимать большое количество фильмов, рассказывающих об этих городах, но не с точки зрения криминала. Потому что они — родители!

Про то, как дух купца Стоедова изгоняли

На улицах, близких к Дону, дома стоят очень старые, и в некоторых обитают привидения. На одном из них, на нынешней Социалистической, а тогда Никольской, находился дом, построенный концессионером Даниилом Божко. Его славный потомок Шурик очень любил пугать историями про призрака купца Стоедова. Тот помер, сломав шею, когда упал с крутой лестницы в подвале дома Шурика, спустившись туда за вином.

То ли от обиды, что дальше пили без него, то ли за некачественные ступени дух Стоедова на протяжении многих десятилетий «доставал» хозяев: то выл матерно из подпола, то шептал что-то из чулана, то скулил про конец света из гипсовых розеток на потолке.

А у Шурика было два друга — тоже Александра. Эта компания как-то решила стоедовский дух отловить и уговорить заткнуться. Для этих целей было приобретено портвейна изрядное количество, за употреблением которого компания забыла о цели своего «квеста».

Закончив «первый транш», компания отрядила хозяина за вторым и задремала.

Вернувшись, Шурик решил отправить приобретенное в подвал охлаждаться, а заодно забрать оттуда готовые к употреблению бутылки. Когда хозяин был внизу, дверь подвала из-за сквозняка предательски захлопнулась.

Проснувшись, один из Александров обнаружил под столом бутылку самогона, который у друзей «пошел как к себе домой». И все бы было хорошо, если бы откуда-то снизу не раздалось слабое: «Помогитя!» Причина визита в старый дом вспомнилась сразу же. «Держимся естественно», — решили друзья. Голос из подвала продолжал звучать уже в рамках нецензурной лексики. Друзья стали обсуждать ситуацию, отметив, что набор ругани за многие года совсем не изменился, и констатировали присутствие в этом некоей вековой мудрости. Тут два оставшихся в комнате Шурика вспомнили, что сегодня «у Лёли» собирается компания, и двинули туда, решив, что с духом пусть разбирается сам хозяин, который, скорее всего, уже ушел «к той самой Лёле». Под вой и стоны из-под пола друзья резво умчались по всплывшему в памяти адресу.

Шурика выпустил из подвала старший брат, который вернулся с рыбалки через два дня после случившегося. История, может быть, и не заслуживала, чтобы ее помнили, если бы фамилия Шурика не была — Кайдановский.

Откуда в Ростове самые красивые девушки

Легенда, имеющая место быть среди экскурсоводов 197-80-х годов (Валерия Байкеева успела поработать и в «Спутнике», и в «Интуристе»), гласит про это следующее.

По происшествию изрядного количества времени царь Петр вспомнил, что не наградил донских казаков за помощь во взятии Азова. Он долго не мог решить, какой же должна стать награда. Земли у казаков есть, с орденами они пошлют куда подальше — как и с деньгами. Что же дать этим мужикам?!

Недаром императрица Екатерина была женщиной умной: она посоветовала подарить казакам… баб. И не просто лиц женского пола, а самых красивых в стране. И указом Петра двинулись обозы от Дальнего Востока, забирающие из всех семей «на Дон на венчание», самых красивых девушек. Отсюда мы и есть такие красивые.

— Чего больше всего жаль из уходящей натуры в городе?
— Ростов моего детства и юности был совершенно фантастическим городом, городом, который умел улыбаться. Но я понимаю, что пришли другие времена, другие хозяева, и магазины «Буратино», «Красная шапочка», «Козлята», «Три поросенка» приказали долго жить. Нам остается только помнить этот город и рассказывать о нем детям и внукам.

Под занавес

Известный художник Павел Каплевич, приехавший в Ростов и вышедший в лучах рассветного солнца из вокзала на Большую Садовую, сказал: «Я теперь понимаю, почему вы, ростовские, такие шарахнутые — вы выросли в такой красоте!»