Немного об исторической памяти или Почему никто сносить ее не собирается

стела-на-Театральной-площад

Издалека стела на Театральной площади выглядит вполне пристойно, правда, летом здесь каменная "Сахара", а зимой площадка продувается так, что никому в голову не придет здесь побывать

Интересная коллизия возникла в донской столице: один из ее памятников собираются лишить статуса объекта культурного наследия. Правда, как выяснилось, присвоен этот статус был в свое время не совсем в рамках закона. Речь идет о стеле, посвященной освободителям Ростова-на-Дону (год рожденья — 1983), которая находится на Театральной площади, а, точнее, обо всем мемориале.

История вопроса

По словам председателя регионального отделения ВООПиК Александра Кожина, вопрос о снятии этого статуса возник еще в 2002 году, когда в протоколе от 15 мая было записано особое мнение архитекторов Солнышкина, Волошиновой, Нерсесянца и других: специалисты усомнились в художественных достоинствах стелы.

Тут стоит вспомнить историю появления данного мемориала. Автор этих строк прекрасно помнит выставку его проектов, которые поступили на конкурс и были представлены жителям города в Ростовском отделении Союза архитекторов СССР, находившемся тогда в Соборном переулке. Три проекта, явно выделявшихся своими несомненными художественными достоинствами, прошли во второй тур, и авторам (один из них — известный ростовчанам Степан Зограбян, нынче — главный художник Ростовского музыкального театра) было предложено их доработать. Но им не суждено было даже поспорить за первенство, поскольку появился московский проект, и (история эта не совсем прозрачна) на излете Советской власти был воплощен именно он.

Но еще до этого в городе возникли военные мемориалы, ставшие гораздо более популярными, чем стела на Театральной площади (появившаяся одной из последних в 1983 году) — в парке имени Фрунзе с Вечным огнем, в Кумжинской роще, памятник погибшим комсомольцам на Комсомольской площади и другие.

Мемориал со стелой получил статус памятника, хотя согласно законодательству должно пройти не менее 40 лет со дня его появления на свет, прежде чем такой статус обрести. Но возражать в советские времена такому явному нарушению закона было сложно…

После распада СССР военные памятники оказались бесхозными: данный мемориал — не исключение. Лишь в 2006 году его через суд удалось зарегистрировать как муниципальную собственность.

чаша-для-Вечного-огня,-этог

Чаша для Вечного огня в бассейне. Бассейн забыл, что такое вода, а чаша - огонь...

Но сказать, что муниципалитет содержит ее в порядке, нельзя: разрисованная стена стелы, мусор, давно пересохший бассейн, металлический венок с раструбом для Вечного огня, зажигавшийся неизвестно когда…. Как представляется, символом этого безхозного памятника являются колокола, которых никто не видит, и которые не звучали никогда…

никем-не-увиденные-и-никогд

Невидимые для людей и никогда не звучавшие колокола....

Нынешний статус

Когда в соцсетях прошла невнятная информация о возможном лишении памятника статуса объекта культурного наследия, почему-то все поняли это как попытку стелу снести и, как водится (а в Ростове это уже мэм!), построить очередной торговый центр. Именно такую версию дальнейших событий, озвученную представителями общественных организаций, довелось услышать на круглом столе, прошедшем в редакции «АиФ на Дону». Прозвучало много слов о воспитании патриотизма и заверений типа «не дадим уничтожить историческую память».

Но, по словам Ирины Коробовой, замглавы комитета по охране ОКН Ростовской области, лишение статуса ОКН вовсе не означает исчезновения памятника как такового: в городе много есть монументов, статуса объекта ОКН не имеющие. Никто сносить стелу не собирается. Но при лишении ее этого  статуса появляется возможность (законная возможность!) провести благоустройство площади, которую сегодня не дает сделать охранная зона стелы. Правда, общественники толкуют закон в свою пользу, считая, что если «выжать» разрешение на это благоустройство из комитета по охране ОКН Ростовской области, то все встанет на свои места.

Насчет застройки пространства вокруг стелы также можно не беспокоиться, поскольку охранная зона такого памятника, как здание управления Северо-Кавказской железной дороги (радиус 100 м) не позволит застройщикам покушаться на данную территорию.

А вот тут-то и пригодился бы энтузиазм общественников в отслеживании исполнения законодательства. А пока этого энтузиазма не хватает даже на то, чтобы устроить субботник и привести в порядок территорию вокруг стелы….

вот-такой--ремонт

Вот такой ремонт...

Кстати, не далее как сегодня, в воскресенье 28 апреля, автор этих строк побывала у заброшенного мемориала (в центре города!). В выходной день трое рабочих белили ступени, причем краска укладывалась на облупленную штукатурку. При этом трудяги сказали, что работают в выходной, естественно, не по своему желанию, а по распоряжению администрации города. А на вопрос: «Неужто и Вечный огонь зажгут?!…», один из рабочих махнул рукой: «Да кому он здесь нужен!…” Как бы хотелось, чтобы этот ответ услышали своими ушами и представители ОНФ, и такой организации, как «Общественный городской патруль» — а то ведь не поверят. Вот где непаханое поле работы, и она не столь заметна, но гораздо более важна, чем на круглом столе провозглашать лозунги об исторической памяти.

 Общественники, ау!...

Разрисованная стена стелы. Общественники, ау!...

Благоустройство

Многим покажется странным предложение архитекторов устроить на месте стихийной автостоянки в центре Театральной площади зеленую зону. Но, считает председатель Ростовской организации Союза архитекторов России Сергей Алексеев, это возрождение той традиции, которая была в свое время свойственна Ростову, городу степному, в котором каждое дерево на счету (правда, увы, не сегодня…). Зеленый клин на Театральной площади не закроет перспективу на Дон, открывающуюся к Дону от здания театра. Если вспомнить старый снимок Бульварной площади в Нахичевани (нынче площади Свободы), то аккурат на ее середине (на месте нынешних трамвайных путей) проходила «лента» бульвара.

А городу стоило бы поискать средства на содержание и стелы, и самого мемориала. Точную сумму, во что это обойдется, никто назвать не может. Но вот лишь один показатель: на вершине стелы стоят огни, предупреждающие низко летящий самолет о наличии высокого объекта. Их смена обходится примерно в 30 тысяч рублей и должна проводится ежемесячно. Барельефам, кстати, неплохим по своим художественным достоинствам, также не помешала бы реставрация: злые донские ветра нанесли им за 36 лет существования ощутимый урон

И, кстати, никто и ничто не помешает после проведения благоустройства территории поднять вопрос о присвоении вновь этому мемориалу статуса объекта культурного наследия — законное время этому как раз и подойдет.

Так что утверждать, что при попытке привести к приемлемому знаменателю ситуацию с мемориалом на Театральной площади идет разрушение исторической памяти, категорически нельзя. Сама же стела при разных мнениях о своих художественных достоинствах простоит еще долго — слишком надежна ее конструкция. Однако и ее внешним видом все же стоит заняться поосновательней — впереди 75-летний юбилей Победы.

И последнее: историческая память у некоторых городских общественных организаций какая-то очень уж избирательная: никого не беспокоит “Предистинация” без парусов на стеле, посвященной Темерницкой верфи и таможни – а ведь это первое, что видят люди,  выходящие из железнодорожного вокзала Ростова. Все промолчали, когда исчез пистолет из руки Александры Нозадзе на памятнике в Кумжинской роще. Когда осыпалась плитка на памятнике погибшим комсомольцам Ростова на Комсомольской площади, тоже никто не требовал привести памятник в надлежащий вид…

Кстати. Ростовская организация Союза архитекторов России предпримет все необходимые усилия для внесения в список всемирного наследия ЮНЕСКО здания Ростовского академического театра драмы имени М. Горького. Тогда и само здание, и территория вокруг него получит такую степень охраны (включая и злополучный мемориал), что ни одному девелоперу в голову не придет что-то «прилепить» к этому месту.