Тайна “Византийских эмалей”

Этот рассказ о новом документе, найденном в Государственном архиве Ростовской области, который проливает свет на, казалось бы, уже исследованную до конца тему: вывоз фашистами из захваченной донской столицы книг. Эта докладная записка о деятельности представителя штаба Розенберга в Ростове-на-Дону А.Рэка, которую за номером 18/70 31 августа 1943 года – аккурат в день окончательного освобождения Ростовской области от фашистов! – на имя полковника Никитинского, начальника Управления Государственными архивами НКВД СССР (напомним, что до начала 50-х годов прошлого века архивы нашей страны находились в подчинении этого ведомства – прим.ред.) подали заместитель начальника Управления НКВД по Ростовской области, подполковник госбезопасности Курищенко и начальник отдела государственных архивов НКВД по Ростовской области, подполковник госбезопасности Валаев.

Культурные ценности города Ростова-на-Дону, заключавшиеся в двух областных музеях, музее революции, краеведческого музей, многочисленных библиотек в лице областной им.Карла Маркса (уже есть наобходимость напомнить читателям, что речь идет о нынешней Донской государственной публичной библиотеке – прим.ред.), городской имени Максима Горького, 22 городских библиотек систкмы ГОРОНО, научно-технической, библиотек учебных заведений, как-то Ростовского госуниверситета, институтов финансово-экеономического, педагогического, марксизма-ленинизма и других, заводов Сельмаш, Красный Аксай и других учреждений города, в июле 1942 года по ряду обстоятельств не были эвакуированы и целиком остались в городе.

В июле 1942 года с занятием Ростова фашистами германским командованием в лице фельдкомендатуры Ростова-на-Дону указанные выше ценности были взяты под охрану.

В дальнейшем отдел просвещения бургомистрата под руководством германского командования подобрал руководителей и сотрудников в музеи и библиотеки, и им была вменена в обязанность первичная инвентаризация.

Вход в музеи и библиотеки и пользование книгами были категорически всем запрещены – за исключением германских офицеров, которым седьмое отделение фельдкомендатуры выдавало специальное в каждом отдельном случае разрешение на изъятие и пользование книгами или экспонатами.

В первых числах октября в город прибыл представитель штаба Розенберга А.Рэк со своим штабом и командой, который разместился в Ростове-на-Дону в доме № 102 по улице Пушкинской (напомним, что штаб Розенберга занимался поиском и изъятием с переправкой в Германию культурных ценностей на оккупированных территориях). Сейчас на месте этого дома, расзрушенного в ходе боев в Великую Отечественную, находится здание Академии госслужбы.

Вскоре после своего приезда А.Рэк через отдел бургомистерства вызвал к себе всех руководителей музеев и библиотек, а также сотрудников, знавших немецкий язык, и объявил о ликвидации музея Революции и всех ранее существовавшиъ в городе библиотек за исключением библиотеки имени Карла Маркса, имени Максима Горького, научной технической и музыкальной имени Римского- Корсакова, в связи с чем книги из всех библиотек предложил изъять и сконцентрировать в указанных выше четырех по спецификации. Одновременно А.Рек предложил изъять все книги, находившиеся на квартирах коммунистов, евреев и всех эвакуированных из города лиц.

Созданные специально бригады из библиотечных работников в течение нескольких месяецв производили изъятие книг из всех библиотек города и у частных лиц и концентрировали их главным образом при библиотеке имени Максима Горького и частично – в научно-технической библиотеке. При одной только библиотеке им.Горького было сконцентрировано свезенных на автомашинах и подводах до 500 тысячи томов.

А.Рэк вскоре после своего приезда вместе с представителями отдела просвещения профессором Ивановым и Догаевым(сбежавшими с фашистами) осматривал все библиотеки и музеи, выясняя наличие наиболее ценных экспонатов и литературы.

Необходимо одновременно отметить, что вскоре после приезда А.Рэка в Ростов приезжал и директор Берлинской библиотеки Академии наук (его фамилию установить не удалось), который, хорошо зная русский язык, в разговорах с сотрудниками интересовался как библиографическими изданиями, так и редкими книгами, такими, как, например, “Византийские эмали” и другими. Касаясь этой книги, из сообщений библиотечных работников видно, что задолго до войны из Берлина интересовались этой книгой и предлагали взамен ее литературы на четыре тысячи марок.

Упомянутая книга “Византийские эмали” при проверке в настоящее время оказалось налицо.

Для работы с книгами по библиотекам А.Рэк дал следующие указания:

  • вся советская литература подлежит поголовному изъятию. Таковой считается любое издание после 1917 года;
  • отобранная литература делится на три категории: безусловно неполитические книги (все издания до 1917 года, за исключением еврейских авторов), сомнительная литература (издания после 1917 года, особенно книги для учащихся и учителей с большевистскими комментариями), советская литература (пропагандистские материалы, брошюры, книги, газеты, журналы, плакаты);
  • особое внимание следует обратить на издания 1941 и 1942 годов, а также на общую литературу на немецком языке с 1917 года;
  • пропагандистскую литературу немедленно выделить, составить списки и держать в полной готовности в отдельном месте для дальнейшего употребления.

Одновременно по предложению А. Рэка вся ценная и редкая литература, экспонаты из музеев в виде художественных картин и др., литература военных фондов целиком, литература с описанием Кавказа, картины, планы, словари отбиралась и отправлялась в помещение на Пушкинской, 102, где размещался со своим штабом и командой А.Рэк. Там все сортировалось, упаковывалось и отправлялось в Германию.

Таким образом, в результате деятельности представителя штаба Розенберга в Ростове-на-Дону А.Рэка и его заместителя Каулиха культурные ценности, которыми обладала Ростовская область, оказались разграбленными и увезенными в Германию, а то, что не являлось с точки зрения А.Рэка таковыми – марксистско-ленинская литература, газетные фонды и др. – были уничтожены путем публичного сожжения, газетный же фонд был распродан на рынках на оберточную бумагу.

Стоимость культурных ценностей Ростовской области, разграбленнных, увезенных в Германию и уничтоженных, исчисляется в миллионах рублей.

Так, например: – музей Революции. Все ценные экспонаты были вывезены в штаб на Пушкинскую, 102, упакованы и отправлены в Германию.

Не взятые экспонаты и все имущество музея передано одному из штабов румынского полка и подверглось разграблению, а здание музея уничтожено (напомним, что музей Революции располагался в здании Ротонды, которое украшало парк имени М.Горького, находясь напротив нынешнего муниципального центра Кима Назаретова и являясь памятником истории и архитектуры).

Так, например: – музей Революции. Все ценные экспонаты были вывезены в штаб на Пушкинскую, 102, упакованы и отправлены в Германию. Не взятые экспонаты и все имущество музея передано одному из штабов румынского полка и подверглось разграблению, а здание музея уничтожено (напомним, что музей Революции располагался в здании Ротонды, которое украшало парк имени М.Горького, находясь напротив нынешнего муниципального центра Кима Назаретова и являясь памятником истории и архитектуры).

- краеведческий музей. Все ценные экспонаты, как то художественные картины, уникумы нумизматики, собиравшиеся десятками лет, отправлены в Германию. Сохранившиеся около двух тысяч экспонатов и несколько каменных баб болшой ценности из себя не представляют особой ценности. Здание музея уничтожено (восстановлено после войны. Ныне это научная библиотека РГУ).

  • областная библиотека им.Карла Маркса. Из общего количества 1100 000 томов книг, хранившихся в библиотеке, вывезены наиболее редкие и ценные книги в количестве до 230 000 томов, в частности, вывезены все военные фонды, а так же литература по Кавказу приблизительно на сумму 1 843 000 рублей.
  • городская библиотека имени Максима Горького. Из насчитывающихся до прихода фашистов в библиотеке с ее 22 городскими филиалами 360 000 томов оказались вывезенными по распоряжению А.Рэка до 170 000 томов на общую сумму 852.775 рублей, не считая газетного фонда, собиравшегося с 1920 года, который по распоряжению А.Рэка был продан директором библиотеки Филипповым на оберточную бумагу, обратившим вырученные деньги в свою пользу.
  • научно-техническая библиотека. Из хранившихся в библиотеке книг изъяты наиболее ценные экземпляры. Например, заместитель Рэка Каулих взял 244 отчета о заграничных командировках. Им же взяты все военные книги, среди которых уставы и положения о казачьих войсках. Имелось ввиду на основе этих данных составить устав казачьих войск Германской армии. Немецким офицером Фишером для принца Роиса взято несколько десятков ценных книг (каких – не указано. Прим.ред.)

Указанный выше перечень культурных ценностей – увезенных в Германию и уничтоженных в результате деятельности в городе представителя штаба Розенберга А.Рэка и его заместителя Каулиха является в данное время далеко не полным, так как в настоящее время продолжается выявление и подсчет разграбленных культурных ценностей Ростовской области.

х х х

Как видим, не зря вопрос о реституции вызывает столько споров. Но если вернуться к “Византийским эмалям”, единственной названной в данном документе по имени, то сразу же возникает вопрос: что же это за издание, что еще до войны его хотела приобрести Берлинская библиотека местной академии наук? К счастью, эта книга до сих пор здравствует в Донской государственной публичной библиотеке, где с ней можно познакомиться.

Сей фолиант издан в 1892 году собирателем эмалей Александром Звенигородским. Издан на его средства и посвящен сей труд “с величайшим благоговением” императору Александру III. Эмаль – это прочное стеклообразное покрытие, наносимое на металлические предметы в защитных или художественных целях и закрепляемая обжигом. Подобные цветные выкладки по металлу известны еще со времен Древнего Египта и Ассирии. В древней Руси эмаль обычно называли финифтью (речь идет о таком её виде, как перегородчатая, где стекло распределялось между тонкими выступами на металле, в данном случае – серебре или меди). Потом эмали на Руси стали выполнять и на золоте, что именовалось мусией, то есть мозаикой. Особое распространение это искусство в виду своей долговечности получило в Византии, где именно эмалями украшались короны императоров и предметы церковного обихода. Несмотря на, казалось бы, долговечность эмалей, сохранилось их в мире не так много, но именно они дают представление о почерке, манере исполнительского искусства, а в итоге – о миропредставлении древних мастеров. Надо думать, очень небедным человеком был господин Звенигородский, который мог себе позволить коллекционирование эмалей, сохранившихся либо в монастырях, либо найденных в результате археологических раскопок.

К 1886 году коллекция его была составлена окончательно. И находясь на излечении в Германии, по настоянию тамошних ученых Звенигородский представляет свою коллекцию любопытствующей публике. Общественный резонанс был столь велик, что у него рождается мысль о создании труда, посвященного своему собранию, чтоыбы каждый желающий мог иметь представление о нем, даже не имея возможности видеть оригиналы. Но книга должна быть достойной этой бесценной коллекции, поэтому сначала он ищет автора, который мог бы создать глубокий научный, но в то же время доступный любому читателю труд об этом искусстве. По совету германских друзей Звенигородский поначалу обращается к немецкому же пастору Иоганну Шульцу, но выяснилось, что тот знаком только с эмалями европейскими. Тогда по совету В.В.Стасова, сыгравшего немалую роль в издании книги, Звенигородский знакомится с профессором Санкт-Петербургского университета, главным хранителем Эрмитажа Николаем Кондаковым. Последний не только с удовольствием принимает предложение написать об истори и технике византийских эмалей, но и предпримает два путешествия – по Европе и Кавказу, чтобы своими глазами увидеть то, что уцелело из неисчислимых в свое время сокровищ византийского эмалевого производства.

С полным правом можно сказать: памятники этого вида искусства еще ни в одном труде европейских ученых не были представлены и изучены в такой полноте. Достойно восхищения и сама книга: печать цветных рисунков, воспроизводящих эмали, сделаная в Германии, по сей день удивляет своим качеством. Подписи к эмалям сделаны средневековыми шрифтами, близкими ко времени и моменту появления этих произведений искусства в свет. Переплет выполнен из дерева, обтянутого кожей. На нем – изящная резьба с инкрустацией. Тираж “Византийских эмалей” – всего 600 экземпляров, по 200 – на русском, немецком и французском языках, все экземпляры пронумерованы.

Сколько экземпляров осталось “в живых” на русском языке – неизвестно. Известно лишь, что в бывшей “Ленинке” в Москве их два. Судя по всему, в Германии осталось еще меньше, либо не осталось совсем в результате социальных катаклизмов совсем, почему и понадобилось приезжать на Дон директору Берлинской библиотеки.

Но вот что странно: если фашисты эту книгу нашли и понимали, с чем они имеют дело, то как этот бесценный экземпляр смог остаться на Дону и не уехать в Германию? После знакомства с историей как книги, так и пребывания в городе представитеяя штаба Розенберга, посмеем высказать предположение, что легенда о том, что во время оккупации библиотекари прятали ценные книги, не так уж и беспочвенна.

И здесь хочется обратиться к читателям: если вам, дорогие друзья, что-либо известно об истории спасения этой бесценной книги, отзовитесь. Нет надежды, что еще живы люди, которые сами помнят то время, но может быть, рассказывали они эту историю детям и внукам. А те, в свою очередь, могут поделиться этими сведениями с нами.


Это статья перенесена на блог со старого сайта, где находилась по адресу http://werawolw.narod.ru. Старый сайт не пополняется  С 24.05.2008 и функционирует как архив.