Земные заботы Рафаэля

Так было всегда: выпускной экзамен на вокальном отделении Ростовской государственной консерватории имени С.В.Рахманинова превращался в событие культурной жизни Ростова. Но постепенно – то ли с появлением Музыкального театра, то ли по каким другим причинам – представление выпускников консерватории , большому количеству заинтересованной ростовской публике сошло на нет. Однако эти экзамены никто не отменял. Они проходят каждый год и каждый год являют собой по-прежнему Событие в культурной жизни города, о котором мало кто из-за плохой информированности догадывается.

В этом году публике – Государственной комиссии и мамам-папам, а также тем, кто успел узнать про то, что поют – была представлена опера Аренского “Рафаэль”, прозвучавшая впервые на подмостках Ростова. О том, как было выбрано это произведение, о судьбе “студенческой оперы” вообще и проблемах, с которыми постановщик столкнулся в процессе работы, корреспондент “Молота” беседует с режиссером Олегом Зиминым. И начался этот разговор, как ни странно, с творческой дисциплины, которая, как выяснилась, далеко не всегда у студентов на высоте.

- В Гнесинском училище, где я получал свою первую – актерскую – профессию, преподавала танец Тамара Евгеньевна Рамонова, бывший главный балетмейстер Пермского театра оперы и балета. Она могла находиться в прединфарктном состоянии, но пропустить урок для нее было делом немыслимым. В классе она – зверь! Потому как дает профессию. Переступили мы порог класса – мы для нее самые любимые и самые замечательные. Но это – вне рабочего времени, в классе она такие соки из нас выжимала! Вот так: одно дело – отношения личные, другое – профессиональные, чего к сожалению, нет сейчас в театрах. И многие студенты, я говорю не о выпусниках, еще не понимают, что в театре их не ждут с распростертыми объятьями. С ними никто так, как в консерватории, возиться не будет. Ведь “актер по-прежнему слуга народа и в необъятном долгу перед ним”.

– Вернемся к “Рафаэлю”. Все-таки как плохо, что у нас так плохо поставлена информация! Раньше все-таки приглашали всех желающих на такие спектакли. И афиши по городу висели. Неужто все упирается в средства? В то, что сейчас сами постановки выглядят скромнее?…Может быть, дело в отношении в консерватории к выпускным экзаменам?…

- И в отношении – тоже.

– И все-таки премьера оперы “Рафаэль” на донской земле состоялась. Обывателю представить себе поющего гения сложновато. Почему все-таки именно эта полузабытая опера была выбрана для исполнения на выпускном экзамене?

- Пожалуй, это действительно чуть не единственная опера, где поет гений. Вспомним еще “Моцарта и Сальери” Римского-Корсакова.

– Тогда интерес к ней должен быть огромен и у певцов, и у постановщиков!

- В 60-х годах опера “Рафаэль” была записана на пластинку оркестром и солистами Всесоюзного радио и телевидения. Поскольку я – меломан, и с детства собираю диски, эта пластинка у меня была. Так что с этой оперой я знаком давно. А тут получилась так: выпускников вокального факультета всего трое, одна из которых – певица камерная. Таня Гайворонская и Саша Личенков попали ко мне. Можно, конечно, было обойтись каким-нибудь большим отрывком из оперы, но мне показалось это неинтересным. И уж если есть такая опера для камерной сцены с небольшим хором, выстроенная от начала до конца – ведь мы никаких купюр не делали! – так почему бы ее не поставить?! Сделали мы ее в кратчайшие сроки.

– А кто были этот небольшой, но очень профессионально звучащий хор?

- Это донская капелла “Анастасия”. Они быстро выучили свои партии и – спасибо им! – хорошо нам помогли.

– А как сама эта необычная опера появилась на свет?

- Эта опера была заказана Антонию Степановичу Аренскому Московским обществом любителей художеств, которому автор и посвятил свое творение. Премьера состоялась в 1894 году на одном из собраний этого общества. В основу легла легенда о любви художника к своей натурщице Фарнорине, из-за чего он отказался от женитьбе на племяннице кардинала Бибиена.

-А кто автор либретто?

- Не либретто, а текста – так указано на клавире: А.Крюков. И жанр обозначен: “Музыкальные сцены из эпохи Возрождения”. Вот так – скромно и уважительно. Но кое-что мы взяли с пластинки, услышав там вариант, который звучал получше.

– Пели студенты “под тапера”…

- У фортепиано была Елена Владимировна Калдаева, наиопытнейший концертмейстер. Дирижировал Романенко Алексей Васильевич, дирижер оперного класса.

– Фортепиано звучало как оркестр! Особенно в момент кульминации, когда все впервые видят шедевр Рафаэля.

- Ты просто благодарный слушатель.

– Да нет, “благодарный слушатель” прекрасно видел, что с актерским мастерством у выпускников консерватории не все в порядке. Вживаться в образ и следить за своим вокалом очень сложно. Но что делать, если это необходимо?!

- Нет, они все-таки молодцы! Лев Николаевич Толстой, который страшно не любил оперу, но в оперный театр ходил регулярно, так написал в статье о великом русском теноре Ершове:” Актер в оперном театре поет вместо того, чтобы говорить, а ведет себя на сцене, как в жизни. Отсюда и фальшь”. Стало быть, речь идет о том, чтобы найти оперному артисту такой способ существования, который был бы свойственнен, во-первых, оперному жанру вообще, а во-вторых, данной конкретной опере, в частности. Одно дело – вы поете Пучинни, другое дело – Вагнера. В этой постановке актерам прятаться не за что – ни за свет, ни за цвет, ни за дым и вертящиеся какие-то вещи. Поэтому была поставлена задача эиграть не эпоху Возрождения, а некий намек, некий образ этой эпохи. Так что чем стороже и лаконичнее будет действие, тем лучше. А уж музыка и сюжет сами за себя постоят и дадут возможность зрителю включить свою фантазию. Поэтому и картина Рафаэля – не копия, а образ картины. Намек на “Сикстинскую мадонну”.

– Могу утверждать, что именно этот намек всех и довел зрителей чуть ли не до слез! Кульминационная сцена выстроена композитором замечательно, сыграна в статике, о которой ты говорил, всеми исполнителями превосходно: отношения героев ясны, как никогда. Мизансцена выразительна – все потрясены, но каждый по-разному! – и именно в этой сцене, уж поверь зрителю, и есть момент истины.

- Спасибо. Сама сцена написана композитором великолепно.

– А на протяжении последних десятилетий в России ставилась эта опера в театре?

- Я во всяком случае об этом не слышал. Есть масса произведений попросту забытых. Не только зарубежной музыкальной классики, но и нашей, отечественной. Разве знает широкая публика, например, об оперетте Бородина “Богатыри”?

– Нет…А разве он и оперетты писал?

- Партитуры я не видел, но, наверно, это нечто интересное, раз автор – Бородин. Римский-Корсаков написал 15 опер, а сколько на слуху – пять, шесть… Вот что бы ставить хотя бы на студенческой сцене!

– Какова дальнейшая творческая судьба наших Рафаэля и Фарнорины? Про исполнителя парии кардинала не спрашиваю – Борис Гуськов еще на третьем курсе.

- Саша Личенков уже работает в Музыкальном театре, Таню Гайворонскую пригласили на прослушивание в Омским музыкальный театр.

– Мне остается пожелать, чтобы консерватория, как все театральные московские вузы, обзавелась своим студенческим театром хотя бы затем, чтобы спектакли, на которые тратятся немалые силы и которые получаются такими же интересными, как “Рафаэль”, шли не по одному разу и радовали зрителя и слушателя. А уж зрителей набралось бы – ведь постановки-то практически экспериментальны. Музыкальная жизнь Ростова от этого только бы выиграла.


Это статья перенесена на блог со старого сайта, где находилась по адресу http://werawolw.narod.ru. Старый сайт не пополняется  С 24.05.2008 и функционирует как архив.