Не все утраты безвозвратны

Посещая памятники Великого Новгорода, невозможно не поразиться титанической, подвижнической работе советских реставраторов, сумевших сотворить невозможное — из развалин, в которые превратились многочисленные храмы города во время Великой Отечественной, многие фактически воссозданы заново.

Просто руины

Сказать, что Великий Новгород попал в список самых разрушенных городов СССР — не сказать ничего. Город бомбили и обстреливали и немцы при его взятии, и наши войска, стоявшие на другом берегу Волхова и держа Волхов-фронт. Дело в том, что фашисты постройки кремля использовали для размещения своего штаба, потому наша артиллерия именно по кремлю работала особенно активно…

Почему храмов в Великом Новгороде оказалась так много? Дело в том, что состоятельные купцы богатого города активно строили храмы не только из-за своей набожности: прекрасные подвалы этих мощных строений были превращены в подвалы для хранения товаров по принципу «в святом месте не украдут».

Расписаны стены «святых мест» были лучшими мастерами, из которых состояли артели живописцев, некоторых из которых, кстати, приложили руку к росписям соборов московского кремля. По счастью, многие из интерьеров новгородских храмов попали на полотна живописцев ХIХ-ХХ веков. И вот после освобождения города все это представляло собой нагромождение обломков некогда прекрасно расписанных стен.

Восстанавливать город было решено сразу, но — как? Академик Щусев вообще предлагал, восстанавливая храмы, сделать город-музей, но автор этого интересного проекта умер в 1949-м… Руины храмов так и лежали неразобранными до конца 1950-х, пока сюда не пришли реставраторы.

Просто жизнь

Несколько слов стоит сказать о судьбе человека, предложившего методику восстановления росписей из фрагментов штукатурки. Его звали Александр Петрович Греков (1909-2000) и происходил он из рода донских казаков, получивших дворянство за участие в Отечественной войне 1812 года.

Сегодня сказали бы, что его судьба достойна сериала. Впрочем, судите сами: ребенком родители увозят его в эмиграцию во Францию, где потом он учится изящным искусствам, но бросает учебу, недовольный ее качеством. Там же он начинает заниматься реставрацией икон, расчищая их из-под слоев записей. С началом войны Греков уходит во французскую армию, но вскоре попадает в плен, где и находится до конца Второй мировой.

В 1946 году советское правительство начинает выдачу паспортов тем эмигрантам, кто хочет вернуться на Родину. Приехав в СССР, им предстояло встретиться с едой по карточкам и недопуском к ответственной работе. Грекову повезло: в Ярославле он, будучи мастером на все руки, устраивается в местную реставрационную мастерскую, где работает более 10 лет. После оттепели ему удалось уехать в Москву стажироваться, а потом и устроиться там в реставрационные мастерские кремля. В 1965-м ему предложили взяться за восстановление в Новгороде церкви Спаса Преображения на Ковалеве.

Просто подвиг

До начала 1960-х эти руины стояли практически нетронутыми. Обломки стен и сводов церкви лежали внутри и поросли травой. Даже предположение, что из этого что-то можно извлечь, казалось нереальным. Но в 1962 году профессор МГУ Виктор Лазарев добился разрешения разбора завалов: искусствовед надеялся найти там хотя бы фрагменты фресок.

Обломков штукатурки с фресковом слоем было обнаружено много. И прибывший в Новгород в 1965-м Греков стал думать, как поэффективней использовать это множество фрагментов — ведь подобных прецедентов в мировой практике не было. И он решил, что стоит организовать их сбор не по слоям, а по квадратам, разбив на них территорию обрушенного здания. Полученные фрагменты отсортировывали по цвету и типу изображения. Была разработана уникальная методика не только сбора, но и закрепления соединенных осколков на титановых щитах.

Завалы церкви Спаса на Ковалеве разобрали только к 1969 году. А в 1974 году было восстановлено само здание церкви по проекту архитектора Красноречьева, который составил его по довоенным обмерам.

Сложению этого невероятных фресковых «пазлов» ( более 700 тыс. фрагментов!) Грековы — Александр и его жена Валентина, также реставратор — посвятили всю жизнь. Некоторые фрески восстановлены почти полностью, некоторые жду своего часа. В мастерские Грековых, сегодня практически мемориальные, водят экскурсии, сюда до сих пор два раза в неделю приходят реставраторы и продолжают их работу. В 1989 году супруги за свой титанический труд были удостоены Государственной премии СССР.

А что сегодня

Мастерские Грековых (находятся в здании Судного и Духовного приказов) входят в состав Центра реставрации монументальной живописи, созданного в Новгородском музее-заповеднике. Сам Центр расположен в Западном и Береговом корпусах Антониева монастыря, где предусмотрено открытое хранение восстановленных фресок.

Довелось побывать в центре и услышать, как в начале 2000-х попробовали создать программу-алгоритм, из отснятых фрагментов собирающую исходную фреску. Испытав ее, от «информационных услуг» решили отказаться: уж слишком много в деле воссоздания произведения искусства многовековой давности играет интуиция человека.

Сегодня в помощники специалистам пришел искусственный интеллект. И вновь предпринимаются попытки создания программы-помощницы реставраторов. Будущее покажет, насколько она будет эффективной. А пока из многих регионов России, а также иных стран в новгородский центр реставрации приезжают люди за опытом, которого в мире нет — и хочется надеяться, что более нигде он не понадобится.

То, что удалось сделать — это не только спасти фрески 600-летней давности и мирового значения, но и создать новый памятник терпению и патриотизму тех, кто мужественно противопоставил свой созидательный труд войне, разрушению, фашистскому варварству.
Академик Дмитрий Лихачев