А была ли экспоприация?!… Да и строил кто?!

атаманский дворец в Старочеркасской

Атаманский дворец в Старочеркасской - тоже предмет споров между музеем и РПЦ. Но в данном случае музей оказался смелее, чем донской минкульт. Правда, там уже другой директор...

Споры вокруг недвижимости в виде памятников архитектуры, которыми являются храмы, снова разгорелись в обществе после того, как стало известно о решении передать Исаакиевский собор в ведение РПЦ. Don24 попросил заместителя председателя комитета по культуре Госдумы РФ, президента ИКОМ России (Международного совета музеев) Александра Шолохова высказать свое мнение по этому поводу.

— Жителям Ростовской области эта тема также близка, поскольку все в курсе грустной ситуации с кукольным театром. Но совсем недавно суд принял решение оставить у Старочеркасского музея-заповедника, который решил побороться за свои памятники, здание Атаманского дворца.

— Вопрос закрытым считать нельзя, рассматривается кассационная жалоба. Но суд действительно признал претензии к зданиям, которые не являются церковными, несостоятельными. Парадокс в следующем: практически во всех случаях передачи церковных ценностей, особенно в виде недвижимости, их нынешними пользователями (собственником является государство), чаще всего музеями, министерство культуры судится с православной церковью, которая тоже является частью нашей российской культуры.

— Но и та, и другая сторона, встречающиеся в суде, призваны сплачивать общество!

— А получается обратный процесс. Этот факт — хорошее основание для того, чтобы задуматься о том, что все происходит не совсем правильно. И каждый случай стоит разбирать отдельно.

— А если говорить об Исаакиевском соборе?

— Мне не очень понятна позиция РПЦ, поскольку этот храм никогда не был церковной собственностью. Он был собором государственным. Неоднократно патриарх обращался с просьбой передать его церкви. Но, включая последнего императора Николая Второго, такое решение принято не было, при том, что, естественно, это храм, там и сегодня два раза день идут службы. Так что-де-юре притязания не очень понятны.

— А-де-факто?

— В настоящий момент и ИКОМ, и Союз музеев России составили свои заявления по этому поводу, в которых, помимо всего прочего, приведены цифры, говорящие о состоянии дел до настоящего момента. Исаакиевский собор (именно этот собор, поскольку он входит в «музей четырех храмов») в 2015 году посетили около 2,4 млн туристов, которые не мешали совершаться богослужениям дважды в день: таковых за 2015 год было 640. Количество прихожан на этих службах — максимум 30–40 человек. И получается, что решение о передаче собора РПЦ было основано на справедливом желании отдать то, что вроде бы было отнято в ходе экспоприации.

— Но ведь, получается, что этой экспроприации не было?

— В этом случае ее как таковой и не было. И получается, что памятник, который является символом государственности, а не просто архитектурным шедевром, мы фактически закрываем для большинства. Рассказы о том, что туристско-информационная работа будет проводиться в прежних объемах, несостоятельны. Сегодня в Исаакиевском соборе работают примерно 400 человек: они обеспечивают режим хранения, сохранность конструкции самого здания, проведение реставрации, обеспечивают весь туристский поток. И это, пожалуй, единственный музей — не только в нашей стране, но и в мире, — который находится на самоокупаемости. При этом он еще и платит налоги государству. И надо понимать, что, переходя в церковную собственность, государство, наоборот, должно будет выделять средства на его содержание из бюджета минкультуры, который и так не очень велик.

— Если мы разбираем конкретные случаи, то что вы думаете по поводу ситуации с храмом в столь близком теперь к нам Херсонесе?

— Там ситуация еще сложней. Так же, как и Исаакий, это памятник ЮНЕСКО, который внесен в список всемирного наследия. Для каждого из этих памятников специальной комиссией разрабатывается особый режим использования. В случае малейшего нарушения рекомендованного режима памятник может быть исключен из этого списка. С Исаакием, я уверен, это произойдет очень быстро в случае его перехода в ведение РПЦ.

А храм в Херсонесе — это не только православный памятник. Надо понимать, что там под православными реликвиями лежит огромный культурный слой V–VI веков до нашей эры (то есть до Рождества Христова), который является огромной исторической ценностью. В Риме, чтобы восстановить знаменитый римский форум, где собирались и вершили дела сенаторы, по согласованию с Ватиканом была снесена известная и почитаемая церковь, построенная на этом месте в VII веке нашей эры, так как форум был признан более древним и более почитаемым явлением римской истории.

И храм в Херсонесе также никогда не принадлежал православной церкви, несмотря на ее просьбы. Более того, в начале ХIХ века была сформирована экспедиция, которая вела раскопки и изучала это наследие. Сегодня Херсонес и его хора (сельскохозяйственная округа, кормившая город. — Прим. ред.) — единственный такой памятник в России. А в мире, чтобы пересчитать такие памятники, хватит пальцев двух рук. Так что непонятно, согласно какой справедливости это здание должно отойти РПЦ — так же, как и Атаманский дворец в Старочеркасске. А ситуация с кукольным театром — просто невообразимая.

— Значит, мы опять возвращаемся к необходимости поправок к закону о передаче РПЦ недвижимости.

— Закон принят в 2010 году. Сам закон ущербный, поскольку не прописывает процедуру передачи и фактически несет уведомительный характер. РПЦ имеет право заявлять свои имущественные претензии в достаточно простой форме, а чтобы передать имущество, не требуется ни историко-культурной экспертизы, ни обременения нового владельца режимом сохранения памятника. Фактически этот закон не подразумевает отказа, только в случае отсутствия некоторых документов. Во всех других случаях — история со старочеркасским Атаманским дворцом: минимущества по закону обязано его передать. А дальше можете идти в суд и выяснять, была ли передача правильной или нет. Сегодня мы внимательно следим за этой ситуацией.