«Облако Чингисхана» от ростовского драматурга

Елена-Баранчикова-—-копия1

Драматург Елена Баранчикова

В Уфе в Башкирском академическом драматическом театре имени М. Гафури идут репетиции спектакля по пьесе ростовского драматурга Елены Баранчиковой «Облако Чингисхана», написанной по мотивам повести Ч. Айтматова «Белое облако Чингисхана». Постановочная группа — режиссер Мусалим Кульбаев, балетмейстер Ирина Филиппова (Москва), художник Альберт Нестеров, композитор Урал Идельбаев. Премьерные показы ожидаются 21, 22 февраля. О своей пьесе драматург согласилась рассказать «Живому Ростову».

Справка. Елена Баранчикова — автор пьес «Меч Аттилы», «Облако Чингисхана», «Фрида», «Репетиция одиночества», «Первая любовь», «Уйти с мамонтом» и других. Пьеса «Наводнение» получила приз Международного драматургического конкурса «Свободный театр» (2016), сегодня идет работа над ее постановкой в пермском театре «У Моста». Печаталась в литературных журналах «Дон», «Петровский мост», «Идель», «Нана», а также в сборниках.

памятник Чингисхану в Монголии

Памятник Чингисхану в Монголии. Фото - joestrongtravel.worldpress.com

— Так какова история создания пьесы? И о чем она?

— Прочитав повесть Чингиза Айтматова «Белое облако Чингисхана» к роману «И дольше века длится день», меня заинтересовала не только трогательная история любви двух молодых людей, которая так трагически обрывается, но и образ самого Чингисхана. В этой повести писатель использовал устное преданье кочевья о великом правителе. Он указывал, что этот миф мало соотносим с подлинной историей, но многое может сказать о народной памяти.

Кстати, Чингиз Айтматов когда-то сам себе задавал вопрос: «Повесть к роману это — новый жанр»? И в предисловии к своей публикации сам же, спустя девять лет после публикации романа в журнале «Новый мир», отвечал на него: «Разумеется, жанра такого не бывает. Но если допустить, что в жизни всякое случается… Далеко не всегда удавалось «допеть недопетую песню». Писатель не хотел также «перегрузить корабль, идущий к читательским берегам в жестокий шторм».

Я посвятила ему свою пьесу, тоже сделав допуск на то, что в жизни всякое бывает, решила «допеть» недопетую песню Айтматова: решив обратиться к образу самого Чингисхана, стала изучать источники и исследования о нем.

Фигура Чингисхана весьма противоречива, она окутана ореолом тайн и загадок, существует много различных версий и точек зрения. До сих пор ищут могилу правителя, и даже, как будто, уже она найдена. Об этом, отчасти, мой рассказ «Пророчество шамана», который опубликован в Казани в декабрьском номере журнала «Идель» (2018).

По легенде, передающейся из уст в уста, великого хана положили на девяти белых войлоках, лицо укрыли белым хадаком, ноги — покрывалом из соболя. В жертву принесли взятого от матери верблюжонка. Через год верблюдица нашла место, где убили ее детеныша, и закричала. По ее крику отыскали это место, а верблюдицу закололи. Жен и наложниц Чингисхана убили, чтобы они сопровождали вождя в той жизни, рабов, что вырыли могилу, тоже, убили всех, кто встретился на дороге. Все они последовали за ним на Небо-Тенгри, чтобы там служить тому, кто стал богом. Я ввела в пьесу образ Тенгри, подчеркнув тем самым тенгрианство Чингисхана, которого он придерживался почти до самой смерти.

Могилу правителя затопили водой, чтобы ее никто не потревожил и нельзя было ее найти. Это хориг — великий запрет для чужаков, кто прикоснется, всех ожидала неминуемая смерть, казнь и проклятье.

— А то, что сам Чингисхан нес своими походами смерть, вас не смущало?

— Да, завоевания империи обошлись покоренным народам более чем в 40 миллионов человеческих жизней. Мне захотелось сказать и об этом в своей пьесе.

Есть еще и такая информация, к которой также можно относиться по-разному: согласно тестам ДНК каждый 500-й житель Азии — потомок Чингисхана. По решению ЮНЕСКО он был объявлен самым великим человеком последнего тысячелетия. Чингисхан — основатель самой крупной в истории человечества континентальной империи, первый великий хан и полководец, объединивший разрозненные монгольские и тюркские племена, организовавший завоевательные походы в Китай, Среднюю Азию, на Кавказ и Восточную Европу. Однако я не стремилась рассказать биографию великого правителя, перечислить все его завоевания и военные походы, рассказать об имперской истории, поэтому я увязала судьбу повелителя с трагической любовью двух влюбленных, с сюжетом легенды Айтматова. Написав пьесу, я предложила ее художественному руководителю Башкирского академического драматического театра имени Мажита Гафури Олегу Ханову, пьеса ему понравилась, с этого и началась работа над спектаклем. Что в итоге получилось, судить зрителям. Не буду приоткрывать всех тайн и рассказывать сюжет спектакля, зритель сам скоро все сможет увидеть.

— Премьер каких спектаклей еще ожидать по вашим пьесам?

— В феврале — аж две, и что символично — по обе стороны Уральских гор. Пьесу-метаморфозы «Наводнение», которая в 2016 году получила приз Международного драматургического конкурса «Свободный театр» и опубликована в литературном журнале «Петровский мост», ставит сейчас в Пермском театре «У Моста» (полагаю, что мосты — это не просто совпадение!). Театр является лауреатом Национальной премии «Золотая маска», спектакль ставит талантливый режиссер Овлякули Ходжакули (ученик Товстоногова и Туманишвили и даже самого Питера Брука!), который живет и работает в Лондоне и специально для постановки прилетел в Пермь. Театр «У Моста» уникальный в своем роде мистический театр. Художественный руководитель этого магического пространства — Сергей Федотов — ставит перед актерами задачу — играть не столько роли, сколько спектакль, и этот мир начинает жить на сцене по своим необычным законам, он завораживает зрителей.