Способ применения сиалиса.

Для кого поет “Сладкоголосая птица юности”

Татьяна-Шкрабак

Народная артистка России Татьяна Шкрабак в роли Принцессы Космонополис

Режиссер Михаил Чумаченко (Москва) поставил на Большой сцене Ростовского академического театра драмы имени М. Горького известнейшую пьесу Теннеси Уильямса «Сладкоголосая птица юности». В центре спектакля, конечно же, она — актриса, в бенефис которой и поставлен спектакль — народная артистка России Татьяна Шкрабак.

Принцесса-Космонополис---та

Народная артистка России Татьяна Шкрабак м Роман Гайдамак в спектакле "Сладкоголосая птица юности"

Роль стареющей кинозвезды Александры Дель Лаго, сбежавшей после (как ей показалось) провала очередного фильма и путешествующей инкогнито под именем Принцесса Космонополис, кажется созданной для этой актрисы. Это она после финала песни «сладкоголосой птицы своей юности» остается и с данным судьбой талантом, и с тем багажом, который наработала за прошедшую жизнь. И появившийся блеск в ее глазах к финалу спектакля подсказывает зрителю, что у нее есть еще впереди то, ради чего стоит жить. И вовсе не стоит этой, судя по всему, вовсе не «бывшей» звезде экрана бояться надвигающегося «третьего возраста». Как тут не вспомнить знаменитую фразу Анны Маньяни: «Не скрывайте моих морщин, они слишком дорого мне стоили!»

Чайн-Уэйн---Роман-Гадамак

Чайн Уэйн - Роман Гадамак

А случайному спутнику Принцессы Космонополис Чансу Уэйну (Роман Гайдамак), этому ублажителю богатых вдов, после стремительно заканчивающейся юности остается лишь всеобщая ненависть и одиночество — больше в его багаже ничего нет.

семейка Финли, у членов которой счастье не проглядывается ни сейчас, в юности, ни тем более далее

Правда, о чем спектакль, понять трудновато, поскольку для режиссера важны все — и использующий дочь (Анна Гайдамак) для удовлетворения своих политических амбиций Босс Финли (з.а. России Сергей Власов), и его бандитского вида сынок Том (Артем Шкрабак), и тетушка Нанни (Ольга Вицман), роль которой в происходящем понять сложно.

И к финалу становится понятным, что этот спектакль для малой сцены: слишком много здесь «крупных планов», слишком много откровений, в буквальном смысле слова пропадающих в огромном черном пространстве, заполненном непонятными пропеллерами (сценография Сергея Дулесова)