Щелкунчик зачарованный

Щелкунчик — Роман Гольцев

Отпраздновать Рождество в компании с отважным и мужественным Щелкунчиком предложил Шахтинский драматический театр своим юным зрителям. Поставил эту сказку Гофмана на все времена главный режиссер театра Роман Родницкий.

Почему — зачарованный? Если при прочтении сказки и просмотра большого количества спектаклей на сцене, в основе которых лежит это произведение, оно представлялась чем-то сугубо по-прусски весьма основательным, даже мистика которого была приземлена на нынешнюю калининградскую, а некогда кенигсбергскую почву (где родился и изучал юриспруденцию Гофман), то спектакль оставляет ощущение чего-то воздушно-сказочного. К этому и стремился сам автор, не желая погружаться в свое чиновничье бытие.

Дроссельмейер — з.а.России Александр Качалов, Мари — Ангелина Торощина

Серым занавесом на сцене отделено сказочное пространство от обычной жизни, где и за квартиру родители Мари (Ангелина Торощина) задолжали, да и самой ей приходится устраивать себе праздник вопреки попрекам квартирной хозяйки. Правда, Дроссельмейер (з.а. России Александр Качалов), у которого трудится Отец Мари (Алексей Хомяков) не оставляет девочку заботами и дарит на Рождество куклу, ставшую благодаря автору сказки известной во всем мире. Он же и начинает свой рассказ, где сказка причудливо переплетается с реальностью.

Королева (Оксана Комлева), Король — Алексей Хомяков

На сцене этот взгляд в сказочный мир (куда в итоге прорывается Мари) показан весьма необычно: на заднике-экране огромный снимок девочки и придворного часовщика (в этой должности служил Дроссельмейер), которые смотрят на сцену, да и на зрителей. Их глазами зрители и воспринимают происходящее в замке, где пока еще счастливы Король, он же Отец девочки, и Королева, в роли которой выступает ее мать (Оксана Комлева). И как в это не поверить — сказка же!

Мышильда — Валентина Родницкая и Мышульц — Дмитрий Торощин

Мышильда (Валентина Родницкая), она же квартирная хозяйка для семьи Мари, появляется со своим сыном Мышульцем (Дмитрий Торощин) в прямом смысле из подполья. И этот сынок в прямом смысле маменькин: инфантилен до безобразия, настоящий бой с Щелкунчиком выдерживает всего несколько мгновений.
Но что это за мгновенья! Сам поединок идет между Тенями, в руках которых настоящие шпаги, а герои, находясь на переднем плане, повторяют их движенья без оружия. Потом шпаги переходят в руки реальных противников, чьи движения на этот раз повторяют Тени, от чего бой действительно приобретает некий мистический, оттого не менее судьбоносный характер. И все это происходит не в подполье или в комнате, а во мраке кенигсбергской ночи (художник Наталья Белоус).

Но до этого еще один замечательный момент, когда заколдованный юноша начинает превращаться в Щелкунчика (Роман Гольцев). Его тело постепенно деревенеет — и вот уже рука движется как-то странно, неподвижным становится само тело и неверными «деревянными» шагами уходит он в свое кукольное существование.

Франц-Никита Сотчев, Дроссейльмейер — з.а. России Александр Качалов, Мари — Ангелина Торощина

Словом, сказка, настоящая сказка, как говорил классик, данная нам в замечательных ощущениях.

Читайте также...