«Черных» копателей интересует оружие, а их – солдаты

Отряд южного фронта социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних Куйбышевского района Ростовской области

Отряд южного фронта

В Куйбышевском районе трудных подростков вовлекают в военно-патриотическую работу.

— Наш центр, — рассказывает педагог социально-реабилитационного центра для несовершеннолетних Анатолий Роменский, — охватывает своей работой три района — Куйбышевский, Матвеево-Курганский и Родионово-Несветайский. Есть у нас три отделения, одно из которых занимается патронажем трудных подростков в проблемных семьях. А одной из форм работы с ними и является вовлечение ребят в работу поискового отряда.

Как известно, через Куйбышевский и соседним с ним Матвеево-Курганский районы проходил Миус-фронт — особо укрепленная гитлеровцами линия обороны, который в 1943-м советские воины брали чуть ли не полгода. «Из 85 населенных пунктов района, — рассказывает Анатолий Роменский, — остались 35, остальные уничтожены в ходе военных действий».

Сам отряд был создан в 2006 году. Через него прошли уже около 200 так называемых трудных подростков, которые в большинстве своем быть этими самыми «трудными» быть переставали. В 2010-м возникло молодежное общественное движение «Южный фронт», которое сейчас объединяет все школьные поисковые отряды Куйбышевского района.

— Почему они начинают пить, курить? — объясняет Анатолий Филиппович. — Им поскорее хочется заявить себя взрослым. Вот тут и нужно предложить взрослое дело. То есть, дело, которое помогло бы входящему во взрослый мир подростку почувствовать себя полезным окружающим и заслужить их уважение.

— Ну, хорошо, — говорю, — а если подросток, работая, а отряде, сорвется? Ведь ему пить и курить привычней, чем землю копать. Что тогда делаете? Какие меры принимаете?

— Обнаруженную сигарету или бутылку водки, — смеется Роменский, — ему предложено похоронить в собственноручно выкопанной яме 1 м х 1 м х 1 м. Второй раз она размерами увеличивается — 2 м х 2 м х 2 м. Третьего раза, как правило, не бывает.

Да и срывы бывают до первой находки. А потом всех охватывает азарт — по-другому и не скажешь. Только техника безопасности здесь — прежде всего. Лишь звякнет под лопатой металл, подростки моментально должны отойти в сторону и позвать взрослых коллег. Их в отряде, который несет вахту (то есть, занимается раскопками), несколько — Алексей Тарасенко, учитель Куйбышевской средней школы, Марина Горьковенко из ДК поселка Лысогорка и Андрей Косцов, занимающийся компьютерами. Андрей — один из бывших учеников Роменского, который и говорит эту замечательную фразу: «Черных копателей интересуют оружие, а нас — солдаты». К этому времени, по его словам, найдены около половины всех погибших (считается, что на Миус-фронте пали более 800 тысяч человек), так что работы, к сожалению, всем хватит еще на долгие годы. А вот находка оружия — сегодня редкость, его осталось в земле мало.

По результатам раскопок происходят не только торжественные перезахоронения павших, но и пишутся исследовательские работы. Так, работа Юли Квакиной (она, ставшая комиссаром отряда, сама из неблагополучной семьи) про обладателя медали «За отвагу» весьма громко прозвучала на областной краеведческой конференции. По номеру медали определен хозяин — Арташ Мартиросов (хотя, скорее всего, Мартиросян), 1916 года рождения, призывавшийся из Степанакерта. Его родственники не нашлись. А им можно было бы рассказать, как этот солдат прошел Сталинград и погиб, скорее всего, в рукопашной в немецкой траншее от гранаты, которая взорвалась у него в руке.

Работа Андрея Малахова была посвящена истории рождения реконструкций боев на местах сражений. А кому, как не ему писать об этом: Андрей — участник воссоздания сражения на Миус-фронте. Такие «сражения» уже не один раз проходили на местах боев в конце августа в Куйбышевском районе.

Семиклассник Женя Казимиров в раскопках еще не участвовал, но очень хочет: слухи-то по школе идут. 10-классница Юля Донушкина уже год ездит на вахты с отрядом. Захотелось, рассказывает, заняться патриотическим делом. Она принимала участие в перезахоронении найденных останков солдат в селе Русском. «Когда бабушка плакала о молодых солдатиках, — вспоминает Юля, — мы тоже плакали и думали о тех, кто сегодня в этом же возрасте „косит“ от армии».

Из поисковиков от армии никто не уклоняется. «Они, — говорит Андрей Косцов, — приходят туда, как к себе домой — полевая жизнь им очень хорошо знакома». И приводит пример одного паренька (не будем называть его имя), которого взяли в отряд осужденным на два года условно. Теперь он служит в армии, и, говорят, отличный минер.

Есть в жизни юных поисковиков и торжественные моменты — установка Поклонного креста, возложение цветов ко всем братских захоронениям, приезд отозвавшихся родственников погибших. А впереди — новые вахты. «Хотим в этом году, — говорит Андрей Косцов, — попробовать найти захоронения 1941 года». Ведь, по словам Суворова, война не закончится до тех пор, пока не будет похоронен последний павший солдат. Добавим от себя — с теми почестями, которые он заслуживает.