Горячий снег несостоявшегося Гросс-Сталинграда

братская-могила-в-хуторе-До

Братская могила в хуторе Дорожном Аксайского района Ростовской области

Любовь Подгорная из поселка Дорожный Истоминского поселения Аксайского района помогла установить имена 725 солдат и офицеров, которые в годы Великой Отечественной войны погибли на территории этого поселка, а также хутора Нижнеподпольный, станицы Ольгинской и других населенных пунктов донского левобережья.

Почему она это делает

По выходу пенсию, рассказывает Любовь Николаевна, появилась у нее время заниматься вещами, на которые раньше времени не хватало. А началась поисковая работа у нее с восстановления своей родословной. История семьи оказалась интересной. Уехавшие по материнской линии родственники в Сибирь, потом возвращались на Дон через всю Россию… на волах. А по отцовской линии — казаки из Каменного Брода — жили в Новочеркасске. С детства у нее все складывалось в копилку памяти — и фотографии, и семейные байки и легенды. И это — не только у ее семьи, уверена Любовь Николаевна. А еще она уверена в том, что если обо всем этом не рассказывать детям и внукам, то все это будет забыто — как война 1812 года, которую и помнят-то многие сегодня по фильмам….

Любовь-Подгорная

Любовь Подгорная

С историей Великой Отечественной такое допустить нельзя. А для того, чтобы ее не только знали, но и прочувствовали подрастающие внуки, нужно, чтобы они помнили то, что происходило на земле, где сегодня они живут. А начинать нужно со знакомства с теми бойцами, которые лежат в братской могиле, мимо которой они ходят в школу каждый день.

В братской могиле поселка Дорожный похоронено 170 бойцов, а имена известны только 17-ти. Здесь похоронены бойцы 6-й гвардейской минометной бригады, входившие во 2-ю гвардейскую армию под командованием Родиона Малиновского. А взять станицу Ольгинскую, где в братской могиле покоятся 696 человек, а известны имена лишь 146-ти — и то лишь фамилии и инициалы….

Как это получается

Сегодня открыт Центральный архив Министерства обороны России. Его документы можно найти в Интернете на портале https://archive.mil.ru/. Главной целью портала и Центрального архива является оказание помощи родственникам солдат и офицеров, которые участвовали в военных действиях и погибли в них или пропали без вести. «А в наших братских могилах, — рассказывает Любовь Николаевна, — много жителей Сибири, Дальнего Востока, и все молодые — редко кого встретишь старше 40 лет».

Трудности случались из-за того, что время захоронения было неизвестно: в годы войны не один раз прокатывался фронт через левобережье Дона. Встречалось и много однофамильцев, но со временем к ней пришло понимание, как надо работать. Но это когда фамилия известна, есть с чем работать, а если — нет?…

Работает Любовь Николаевна с такими документами, как донесения командиров частей, которые те должны были составлять после боя: кто ранен, а кого можно отнести к безвозвратным потерям. Найдя там известную фамилию, можно восстановить, кто сражался рядом с солдатом, кто погиб, и имя его известно. Так восстанавливаются фамилии отдавших жизнь за Родину, но не попавшие в списки тех, кто похоронен в братских могилах. А их в округе семь. Для администраций тех населенных пунктов Подгорная готовит списки найденных фамилий погибших.

Однако точно определить личность каждого безымянного солдата из братской могилы можно лишь по ДНК либо по медальону, которые солдаты так не любили. Но не было тогда идентификации солдат Красной Армии ДНК…. Потому найденные фамилии неизвестных, погибших рядом с известным солдатом и погребенных в той же могиле, можно принять за их идентификацию лишь условно…

И все-таки это лучше, чем полная безызвестность. А сколько отдавших свою жизнь в бою похоронены в воронках от разрывов бомб?! Как вспоминает Любовь Николаевна, один батайчанин купил в поселке землю и начал строить дом. Стал копать, наткнулся на воронку, а там, как минимум, 30 погибших. А таких воронок там — десятки…

Несостоявшийся «Гросс-Сталинград»

К сожалению, мало кто из жителей Ростовской области знает о страшных боях на донском левобережье в январе—феврале 1943-го. Старший научный сотрудник ЮНЦ РАН, военный историк Владимир Афанасенко, рассказывая о тех боях, подробно объясняет тогда происходившее:

У советского Верховного командования по окончанию Сталинградской битвы появилась уникальная возможность ударом с севера на юг, на Ростов, отрезать всю северокавказскую группировку противника — а это свыше 760 тысяч солдат и огромное количество боевой техники и снаряжения. Было решено устроить немцам и их союзникам новый гигантский «котел» — «Гросс-Сталинград»….

На бумаге собранные для этого силы выглядели внушительными, в реальности же войск и боевой техники, а главное, средств боевого обеспечения, оказалось много меньше. Удаление войск на многие сотни километров от фронтовых баз снабжения, отсутствие передвижных танко- и авторемонтных заводов и мастерских привело к резкому ограничению в снабжении войск наиболее расходными видами мин и снарядов, горюче-смазочными материалами. Сотни танков и автомашин застыли в тылу, дожидаясь ремонта или эвакуации в тыл, на рембазы. Личный состав давно питался «подножным кормом»….

…. Оперативные сводки Генерального штаба Красной Армии за 24—31 января 1943 года фиксируют упорные бои с танками и пехотой противника. Неоднократные попытки преодолеть Маныч враг пресекал шквальным огнём всех видов оружия и бомбо-штурмовыми ударами авиации…. На 30 января все танковые и механизированные соединения и части были обескровлены и небоеспособны….

… И тем не менее, наступление продолжалось. 31 января гвардейцы 33-й, 24-й и 49-й дивизий, поддержанные уцелевшими и отремонтированными танками форсировали Маныч и завязали бои на его левобережье.

По словам Владимира Афанасенко, участник тех сражений И. А. Пшенник в 1978 году в письме вспоминал:

— Наша бригада двинулась к хутору Тузлукову. Ночь превратилась в день. Взлетали красные ракеты, строчили пулеметы, рвались гранаты, мины, снаряды, стреляли бронебойщики. Крики и стоны, ругань — всё слилось в единый звук. С востока немцев прижали наши батальоны. На западе хутора, на минных полях, расставленных нашими саперами, подрывались немецкие танки. Хутор горел как факел. Бой не утихал вторые сутки, но уже было заметно, что силы немцев на исходе. Всю ночь — бой. На рассвете мы вступили в хутор Тузлуков. Повсюду можно было видеть зияющие в провалах снега черные воронки, скелеты сгоревших танков, немецкие трупы, брошенную врагом технику.

Были здесь и собачьи упряжки, на которых наши санитары вывозили с поля боя раненных бойцов. Мы подсчитали: около 500 убитых фашистов, 124 пленных, 54 автомашины, 4 зенитки, 8 миномётов, 6 брошенных немецких танков, продовольственный склад и многое другое… От некогда большого хутора осталось 6–7 домов. Снег от копоти был чёрным, везде грудами лежали солдаты: наши и немецкие. В одном доме было около двадцати наших солдат, когда в него попал снаряд. Все погибли. Старики хутора Тузлукова сразу стали собирать убитых. Они запрягали волов в сани и целую неделю ездили по всей округе, собирая солдат. Укладывали их в воронки. Сколько их было, воронок, набитых мерзлыми трупами — тридцать? Сорок? Пятьдесят? Кто знает? Счету не было…»

Кровавые бои в течение восемнадцати суток в устье Маныча отмечены в официальной истории Великой Отечественной войны несколькими строчками общего характера. Подвиги сотен воинов-гвардейцев не удостоены золотых звезд Героев. Тысячи павших остались безымянными, захороненные в воронках, в погребах сожженных хуторов, в силосных ямах, в окопах и блиндажах. Немецкое же командование удостоило высшей награды — Рыцарского креста с бриллиантами не только командиров дивизий — 11-й и 17-й танковых, 16-й моторизованной, но и командира 156-го мотопехотного полка и ряд младших офицеров, отметив их вклад в спасение 1-й танковой армии вермахта, благополучно выведенной с Северного Кавказа через «батайские ворота». «Гросс-Сталинград» не получился…

Владимир Афанасенко объясняет и наличие большого количества бойцов, числящихся пропавшими без вести. Дело в том, что «30 января 1943 года немецкая авиация уничтожила штаб 2-й гвардейской армии в хуторе Нижне-Соленый. Погибло несколько офицеров штаба, сгорело много оперативных и учетных документов. Поэтому указанная в итоговой сводке штаба армии суммарная цифра потерь личного состава за 20—30 января 1943 года (17802 человека) неполная».

Дань памяти

Найденные сведения о погибших Любовь Подгорная заносит в свои альбомы памяти, содержащие имена людей, оставшихся в земле, на которой она живет. По весне эта земля покрыта цветами: это они, погибшие, напоминают о себе, считает Любовь Николаевна. Так почему же не отдать им дань памяти?! Глава администрации поселка Дорожного Ольга Калинина поддерживает ее в этом вопросе. Будет сделана табличка с именами без вести пропавших, которые сражались, числясь в составе части, и сгинули… Они заслуживают того, чтобы о них помнили. Ходатайство в районный военкомат уже передано.

На снимках:; Любовь Подгорная, установившая имена бойцов, погибших на донском левобережье.

Фото — из личного архива Подгорной и с сайта mempry-map.1sept.ru